Поклонимся в пояс

Местных народных умельцев найти несложно. Любой житель поселка укажет дорогу, да еще и передаст привет директору, Галине Степанюк. Это она вдохнула в Антополь вторую жизнь. Галина Михайловна показывает альбом с фотографиями: выставки, фестивали, будни — целая летопись. Это при том, что еще лет 10 назад, говорит директор, о ткачестве здесь и не помышляли:

— Все начиналось с кружка народного творчества. Потом был создан районный центр ремесел. Руководство от культуры нам предложило заняться ткачеством поясов, хотя раньше я с этим не сталкивалась.

Начинали с нуля. Технологии искали в литературе и этнографических экспедициях по белорусской глубинке. Всезнающего интернета тогда не было, да и сейчас у центра пока еще нет своего сайта и электронной почты. Ценную информацию ученики Галины Степанюк, это около 10 местных школьников, берут из первоисточников.

Кстати, много знаний можно почерпнуть на различных фестивалях, где антопольские ремесленники дают мастер-классы. Забавно: умельцы преподают уроки ткачества и при этом учатся сами. На «Дажынках» в Кобрине, например, Галина Степанюк узнала, что такое «пояс брата»:

— Напротив меня стояла пожилая женщина и долго наблюдала за моей работой. А потом подошла и стала делиться своими воспоминаниями. Она — тоже мастер. Говорит, переплела множество поясов, ведь в нашей традиции на свадьбу ни лент, ни рушников не вязалось. Невесте нужно было выткать более ста различных поясов для гостей. Чего стоил только один, для брата жениха, длиной в 4 метра и 20 сантиметров с васильковой, белой и голубой нитками. И чем больше невеста наткет красивых поясов — тем богаче выходило ее приданое.

А доставалось оно нелегким трудом. На создание хорошего пояса у мастера уходит около пяти дней. Это если ткать с утра до вечера с перерывом разве что на обед. Так что на сто поясов нужно потратить около двух лет!

Перед началом «урока» Галина Степанюк проводит небольшой экскурс. В поясах когда-то была зашифрована информация о его хозяине. Оказывается, каждый белорус получал с рождения пояс, как метрику:

— Новорожденным дарили пояски-повивачи. Яркие, разноцветные. От дурного сглаза. Считалось, что чем больше там пестрых ниток, тем лучше, ведь в первую очередь чужие будут смотреть не на малыша, а на повивач. Его же невеста надевала под свадебное платье. Это был самый сильный оберег.

Показаться на людях без пояса считалось верхом неприличия. Равносильно тому, как выйти вовсе без одежды. С мужчиной, например, в таком случае могли не поздороваться, а то и вовсе устроить ему бойкот. Именно поэтому до сих пор у восточных славян и нарекают несдержанного человека распоясавшимся. И традиция эта корнями уходит еще в язычество, еще задолго до того, как образовалась Киевская Русь, а позже, с ее распадом, появились белорусы, русские и украинцы.

Именно поэтому вышиванки и пояса есть у многих народов, а вот различий между ними множество. Даже внутри одного региона. К примеру, узоры, вытканные в Каменецком районе Брестской области, существенно отличаются от тех, что встречаются в Дрогичинском, где и находится Антополь. Разгадать сегодня весь шифр, увы, непросто. Но все же основные символы, обозначающие социальное и семейное положение известны. Их можно было увидеть на сельской свадьбе, где собирались представители различных сословий. Бедняки надевали пояса из чистого льна, зажиточные сельчане вплетали нити из шерсти и шелка. Оконфузиться, заигрывая с замужней дамой, — невозможно. Пояс, говорит Галина Степанюк, и тут говорил обо всем, без всякого штампа в паспорте:

— Незамужние девушки носили тонкие пояски с коралловыми нитями. По краям — желтая и салатовая полоски. А после свадьбы вкраплялась черная — символ плодородия, чтобы обязательно родила ребеночка. Был свой пояс и у бобыля. Плели его из чистой шерсти. Одна нитка — светло-бежевая, вторая — цвета переспелой вишни.

Впрочем, проще всего отличить холостяка от того, кто связан узами брака, можно было по тому, как завязан пояс. У женатых — на правую сторону, у свободных — налево. Как раз в том направлении, куда сейчас ходят неверные супруги.

Опоясанным белорус жил до самой смерти. Есть версия, что и в гроб тоже клали пояс. По крайней мере, об этом на одном из фестивалей Галине Степанюк поведал местный старожил, попросивший ее соткать ему пояс из трех полос. В центре — широкая черная, символизирующая землю, а по краям узкие ярко-оранжевые — цвета солнца. Такое вот «свидетельство» о смерти.

Конечно, в XXI веке всерьез говорить о сакральности поясных орнаментов трудно. Но необъяснимые вещи все же есть. Саша Черняк, «выпускник» центра ремесел, как-то выткал пояс, который остался висеть в мастерской. Спустя некоторое время его бабушка принесла в центр пояс своей прапрабабушки, который случайно нашла у себя в деревне. Галина Степанюк не поверила глазам: узоры на обоих поясах были одинаковыми. Это при том, что Саша никогда в жизни ту старинную работу не видел.

За разговором от теории переходим к практике. В мастерской длинные нити натянуты от спинок стульев к батареям отопления и пропущены через небольшую деревянную дощечку, бердичко. Здесь его называют «дочерью» ткацкого станка. Узор, который в итоге получится, уже заложен. Остается только правильно распределять нити той самой дощечкой, что, как оказалось, совсем не просто.

Прежде чем сесть за работу, снимаю конец ниток, привязанный к спинке стула, и обматываюсь им. Галина Михайловна поправляет: натягивайте сильнее! Спина напрягается как струна. А дальше нужно совершать фантастические манипуляции, которые далекому от любого рукоделия человеку описать трудно. Скажу лишь, что руки устают не меньше, чем спина, так что после двадцати минут таких упражнений, кажется, что вышел из тренажерного зала. Наставник улыбается:

— Здесь только две планки, соединенные нитками, а в Слуцких поясах их 400, при этом узоры делают там двухсторонние.

Галина Степанюк уверена, что в каждом белорусском селении можно возродить местные традиции и сделать из этого туристический бренд. А я добавлю: нужны еще вот такие энтузиасты. Которым нужно поклониться. По традиции — в пояс.

Еще фото

Комментарий к фотографии

Фото Нины ЛЕОНОВЕЦ